Общественно-политическая газета Иркутской области

Выпуск № 57 (370).
Рубрику ведет Рамиль Мухометзянов

История шахмат, как и любая другая история, невозможна без личностей. К счастью, эта разновидность древних игр сумела достаточно давно выйти из-под церковного запрета и даже стать спортивным занятием, в результате чего самые видные люди не гнушались погонять «шашки». И монархи, и придворные особы, и ученые мужи, не говоря уж о простом люде, никогда особо к церковным запретам не прислушивавшемся, запечатлены в летописях и старинных книгах.

Далеко не все из них названы поименно, но наиболее сильные игроки или знатные личности, конечно, хорошо известны.  Начиная со Средних веков пишется уже особая — шахматная —летопись, включающая в себя наиболее интересные события, происходившие в разных странах мира.

С середины XIX века, то есть с появлением шахматной периодики, процесс фиксирования событий и фактов принял массовый и регулярный характер. Во многих европейских странах начали издаваться шахматные журналы, альманахи и вестники, появились шахматные отделы в газетах, солидными тиражами печатались книги, которые затем переиздавались на других языках.

Все они несли в себе не только собственно шахматную, но и новостную информацию, в результате чего мир узнавал какие-то имена, причем не только те, о которых кричали на каждом углу, но и совсем малоизвестные. Даже самый великий шахматист не способен создать партию в одиночку, ему всегда нужен партнер. И вместе со Стейницем, Ласкером и прочими чемпионами в историю входили их побежденные соперники.

Особенно персонифицированным оказался такой раздел шахмат, как композиция. С древних времен известны имена составителей мансуб, позднее указывать авторство стало общепринятым, хотя некоторые и прятались разными способами, видимо из скромности, создавая определенные сложности с дальнейшей идентификацией произведения (ведь на него в принципе мог претендовать любой, раз оно ничье).

Бурный расцвет шахматного искусства и массовое увлечение шахматами большого количества людей привел к другой проблеме — невозможности охватить всех. И если в прошлом практически каждый игрок был на учете, то теперь об этом можно и не мечтать. В журналах появлялись сотни и сотни фамилий, но многие тысячи все равно оставались за бортом. Особенно характерно это было для России, где к привычным трудностям всегда добавлялась еще одна — расстояния (или пресловутые дороги).

Любо-дорого посмотреть на зарубежные шахматные издания XIX века. В каждом номере — море информации, огромное количество фамилий, порой с биографическими подробностями, сведения даются почти по всем регионам страны. Вся шахматная жизнь — как на ладони. И журнал легко доходит до любого города или поселка.

А что у нас? Да все то же — эх, дороги... Даже появление железной дороги поначалу в корне не изменило ситуацию, уж слишком долог оказывался путь информации с мест до издания — в одну сторону и самого журнала до читателей — в обратную. Потому и закрывались журналы, едва успев появиться, а те, что какое-то время жили, отнюдь не уповали на регионы — опирались на местный «электорат».

И если посмотреть, сколько подписчиков было у различных шахматных журналов в дореволюционные времена, к примеру, в Сибири, то можно с горечью констатировать: считанные единицы.  На «Шахматное обозрение» в 1909 году в Иркутске подписалось... только Второе общественное собрание.  Представляете — один журнал на весь город! И это при действующем и официально зарегистрированном шахматном обществе.

И чем дальше от железной дороги, тем ситуация хуже. Понятно, почему практически ни одно шахматное издание тех лет не могло набрать необходимое для окупаемости количество в 300 подписчиков. Как тут наберешь, если эти триста человек разбросаны на территории в полмира!

И все же — даже в таких чрезвычайно сложных условиях —российская шахматная периодика пыталась развиваться. И даже давать информацию из таких глухих мест, что на карте-то не всегда найдешь. А нам эти данные теперь позволяют не только судить о шахматной жизни в том или ином захолустье, но и узнавать имена первых тамошних шахматистов, ведь в местной прессе, как правило, об этом почти не писали.

Так постепенно собрались сперва десятки, а теперь уже и сотни фамилий шахматистов, живших до революции в самых разных городах Сибири и Дальнего Востока — Омске, Томске, Красноярске, Иркутске, Владивостоке... По некоторым из этих людей уже собраны биографические данные, но многие так и остаются неизвестными. Поэтому, видимо, есть смысл подключать к поискам огромную газетную аудиторию — как наших обычных читателей, так и пользователей Интернета. Так что в ближайшее время мы начнем это делать. Уж здесь-то дороги нам не должны помешать!

На фото: Из таких вот шахматных журналов
теперь и пополняются сведения о сибирской истории