Читайте
в следующем номере:
— Алзамайский
беспредел:
расследование
продолжается;
— К юбилею
Николая Загурского
Реклама в газете
8(3952) 95-08-11
Ума палата номер шесть
Удивительное рядом
Члены Общественной палаты Российской Федерации крайне редко становятся героями новостей с положительным оттенком, а вот скандальных — сколько угодно. Пример только что вляпавшегося по самое не балуйся коллеги не служит им предостережением.
В конце февраля, наблюдая за тем, как развиваются события в Северной Африке, лидер православного корпуса движения «Наши» и член ОП РФ Борис Якеменко написал в своем интернет-блоге, что лидер Ливийской джамахирии полковник Каддафи подал пример буквально всему миру, «как нужно обходиться с провокаторами, которые стремятся к перевороту, дестабилизации и гражданской войне».
Господин Якеменко имел в виду авиационные удары по городам, жители которых позволили себе выразить сомнение в мудрости Каддафи, причем нападения повстанцев на военные базы, захват оружия и наступление на Триполи случились позже — на тот момент в новостях сообщали только о митингах и демонстрациях.
Господину Якеменко ответили, да еще как — в первые же день-два запись собрала несколько сотен гневных комментариев, самые мягкие из которых сводились к предложению выслать Якеменко к его кумиру.
Прошло почти три недели, и на уже сработавшей «мине» подорвался второй член ОП РФ — протоиерей Всеволод Чаплин, прославившийся предложением ввести «православный дресс-код». В этот раз Чаплин, отвечая на вопросы посетителей сайта ОП РФ, написал: «Бывают ситуации, когда государство может применить силу, — например, подавляя мятежи (именно мятежи, а не народные восстания), заговоры, попытку вопреки воле народа подчинить его внешней силе. Когда такое происходит, власть при поддержке общества должна отвечать силой на силу». И привел конкретный пример, когда власть должна была подавить «мятеж», не считаясь с потерями, — Россия, февраль и октябрь 1917 года.
Трудно сказать, какую оценку по истории имел юный Сева Чаплин по окончании школы, но учился он плохо. К февралю 1917 года власть была дискредитирована настолько, что ни одна воинская часть ее не поддержала, а уж общество, с которым никто и никогда не пытался договориться, — и подавно. Причем в феврале общество проводило полностью провалившегося царя сравнительно мирно, а ведь по факту (за три года Первой мировой войны Россия потеряла 2,25 млн солдат убитыми и 3,75 млн ранеными, потери мирного населения превышали 1 млн человек) в любой другой стране такого командующего от военного трибунала могла спасти только победа в войне. Шансов победить не было: Россия потеряла существенную часть территории, и даже 15 млн мобилизованных солдат (из 175 млн населения) никак не могли продвинуться хотя бы на несколько десятков километров.
Не наше дело критиковать предков, но в целом понять, чем был вызван мятеж против такого правительства, нетрудно — то был банальный инстинкт самосохранения. Жаль, что в Общественной палате этого не понимают...
Борис Самойлов, «Байкальские вести»
| < Предыдущая | Следующая > |
|---|
