Общественно-политическая газета Иркутской области

Сокуров в Иркутске говорил о Чечне, власти
и Галине Вишневской

Александр Сокуров, мэтр отечественной киношколы, внесенный Европейской киноакадемией в список ста лучших режиссеров мира, побывал в Иркутске.

Признанный в Европе и Японии,  в своей стране Сокуров оказался в вакууме. Его картины не показывают по телевидению и не берут в российский кинопрокат. Тем не менее он, как «сильный стайер на длинной дистанции», продолжает работать и не выдыхается с годами.

Он не снимает в своих фильмах известных актеров, предпочитая непрофессионалов. Занимается общественной деятельностью, предлагая, например, на управленческие посты в государстве приглашать немцев и голландцев по примеру Петра Первого.

У него своя гражданская позиция и сложные отношения с действующей властью. Его произведения публицистичны и становятся общественно-политическими высказываниями.

Но, прежде всего, Сокуров — художник, позволяющий себе снимать кино, не думая о кассовых сборах и широкой популярности. Творчество режиссера с его медленной съемкой и странным видением мира, действительно, способны оценить не все. Андрей Тарковский писал: «У Сокурова есть странные вещи, необъяснимые, даже глупые,  непонятные, вроде несвязные. Но… гений!»

В Доме кино собрались поклонники творчества мастера. Показывали фильм «Александра», снятый в 2007 году и так не вышедший на большой экран.

Александр Николаевич Сокуров родился 14 июня 1951 года в прибайкальской деревне Подорвиха (затоплена при пуске Иркутской ГЭС) в семье военнослужащего. В 1974 году окончил исторический факультет Горьковского государственного университета, в 1979 году — режиссерский факультет ВГИКа (мастерская документального кино Александра Згуриди).
В 1980 году по рекомендации Андрея Тарковского Александр Сокуров был зачислен режиссером-постановщиком в штат киностудии «Ленфильм», где работал над своими первыми игровыми картинами. Параллельно с этим сотрудничал с Ленинградской студией документальных фильмов, где сняты в разное время все его документальные кинокартины.
Уже первые фильмы, сделанные им в Ленинграде, вызвали негативную реакцию у партийного руководства города и в Госкино. В течение длительного времени ни один из его фильмов не был разрешен советской цензурой к показу.
Снял документальные фильмы «Мария», «Соната для Гитлера», «Дмитрий Шостакович. Альтовая соната», «И ничего больше», «Жертва вечерняя», «Терпение, Труд», «Элегия», «Московская элегия», «Петербургская элегия», «Советская элегия», «К событиям в Закавказье», «Простая элегия», «Пример интонации», «Элегия из России», «Духовные голоса», «Восточная элегия», «Беседы с Солженицыным», «Петербургский дневник. Моцарт. Реквием», «Элегия жизни. Ростропович. Вишневская» и другие.
Режиссер художественных фильмов «Скорбное бесчувствие», «Дни затмения», «Спаси и сохрани», «Круг второй», «Камень», «Тихие страницы», «Мать и сын», «Молох», «Телец», «Отец и сын», «Русский ковчег», «Солнце», «Александра», «Фауст».
Заслуженный деятель искусств России, народный артист России, лауреат Государственной премии России (1996, 2001 годы). Участник и лауреат многих международных фестивалей. В 1995 году по решению Европейской киноакадемии имя Александра Сокурова включено в число ста лучших режиссеров мирового кино всех времен.
 

«Терпи, Буратино!»

Фильм с размытыми, словно выцветшими красками сделан на грани художественного и документального кино. Сюжет прост: бабушка приезжает в Чечню навестить своего внука, который служит по контракту в одном из гарнизонов. Съемки проходили в Грозном и дались съемочной группе нелегко. Главную роль — Александры Николаевны — исполнила Галина Вишневская.

— Фильм «Александра» — важная работа, работа с великой женщиной, актрисой, — предварил показ Александр Сокуров. —  Это первая драматическая роль Галины Павловны. На экране она предстала в новом для себя образе. Она не играла гранд-даму, выросшую в богатой семье, привыкшую всегда держать спину, каковой Галина Павловна и является в жизни.

— Все-таки почему вы пригласили на эту роль именно Вишневскую?

— Я ее очень люблю. В ней есть что-то милое, дорогое моему сердцу. Она олицетворяет материнское начало. И этот архетип человечности, по-моему, не должно уйти, исчезнуть, раствориться. Режиссер вообще должен показывать определенные типы характеров, которые нужно слушать, помнить. Галина Вишневская для меня — это связь времен. И я хотел ее сохранить. Она уйдет, и эта связь прервется… Кроме того, входить в мир образов и слов военного быта Галине Павловне было проще: она пережила блокаду, потеряла сына…

— Как Галина Павловна воспринимала Чечню?

— Как-то она спросила меня: «Вы обратили внимание, что на улицах Грозного играют одни мальчики? Народ готовится к войне». Она очень наблюдательна. Бесстрашная, сильная и жесткая. Могла сказать Ельцину: «Боря, перестань болтать!». В Галине Вишневской есть какая-то особая стойкость. Была такая история. Они с Ростроповичем приютили у себя гонимого тогда Солженицына. И когда к ним пришли работники спецслужб, Галина Павловна — солистка Большого тетра, исполняющая такие нежные арии, — вышла к ним с кочергой и выгнала их. Ведь с ними после этого могли сделать что угодно: выгнать из театра, уничтожить физически. Но Вишневская с Ростроповичем совершали такие поступки, которых никто от них не ожидал. Великие люди.

Во время съемок мы по спутниковому телефону устроили Галине Павловне разговор с ее мужем, которого только что прооперировали за границей. Ростропович говорит ей: «Галочка, приезжай! Я умираю». Что, вы думаете, ответила Вишневская?  «Буратино, терпи. Я пока Саше все не сделаю, не приеду».

Ездили в бронированных  машинах

— Главного героя — внука Александры — играет непрофессиональный актер…

— Он работает охранником, живет в Белоруссии. Прошел армию. Мы просмотрели десятки профессиональных актеров на эту роль, и ни один из них не служил в армии.

А Василий служил, знает, что такое оружие, казарма. Для меня это важно: новое лицо, герой из реальной жизненной среды. Профессионал бы внес свои театральные штучки, штампы. Для меня всегда интереснее показать характер, неповторимую личность. Хотя работать было сложно. Были моменты, когда у Василия ничего не получалось и мы буксовали.

— Окружение знало, что в фильме снимается Галина Вишневская?

— Знали только несколько офицеров. Она жила в вагончике, где мы ей все оборудовали. А «рассекретили» ее только в предпоследний день съемок. Я переживал, что актрису могут захватить. Вокруг нашей группы складывались всякие непростые обстоятельства. Иногда Галину выводили к камере на семь минут — и быстро увозили в бронированной машине. Тогда в Чечне была очень тревожная ситуация.

— Кто обеспечивал вам безопасность во время съемок?

— ФСБ. После шести выставляли усиленные наряды, которые патрулировали территорию. Утром шло разминирование, так как за ночь многие дороги были нашпигованы взрывчаткой. Понимаете, как сложно было получить пропуск в действующие армейские части и обеспечивать выживание съемочной группе?

Накопление разности ведет к конфликтам

— Вы, наверное, общались с чеченцами. Каковы настроения в республике?

— Среди молодежи такой настрой: мы, чеченцы, победители, а Россия для нас  дойная корова. Я знаю много удивительно образованных чеченских интеллигентов, любящих Россию. Но их дети вырастают с ненавистью к нашей стране. Главное не то, что они думают, а то, что политический вопрос до сих пор не решен. Как оценить войну в Чечне, что это было: мятеж, освободительная борьба? Если не будет честности в оценках и ясности в политике — ничего хорошего нас не ждет.

У нас в фильме снимались русские военнослужащие и чеченские мальчики. Они говорили со мной откровенно.  Да, они не любят Россию. Если так —надо расставаться. Но одно — чеченские мужчины, другое — их роскошные женщины. Именно чеченские женщины вывели народ из войны. Разбирали разрушенные дома, таскали кирпичи. Я ночевал в их домах, переживал бомбардировки и никогда не услышал от них ни слова упрека. Кавказские женщины поделятся с тобой последним, дадут полотенце, накормят. Если ставить памятник, то не Кадырову, а чеченским женщинам.

— Ваш фильм еще и о разности менталитетов — русского и кавказского?

— Да, в нас, русских, много лирического, открытого. А там мальчик в 12 лет — уже резкий, жесткий, безразличный. Русский долго сомневается — вынуть нож или нет. Там мужчины моментально пускают оружие в ход. Мы очень контрастны, нам трудно понять друг друга. И вот это накопление разности ведет к  конфликтам.

Задача государства — поддерживать культуру

— «Александру» показывали в Чечне?

— В Чечне показ фильма запретили. Почему? — это вопрос к руководству республики.

— А российское правительство смотрело этот фильм?

— Не знаю, слава богу. Посмотрели бы — был бы отклик какой-то. Если бы, правда, решились мне его передать.

— Что бы вы хотели сказать чеченским молодым людям?

— Это есть в фильме. Одна умирающая японка сказала мне: «Если что просить у Бога, то только разума».

— Какой самый любимый фильм из снятых вами?

— Есть фильмы, в которых многое удалось, есть такие, где я не справился. Но ни от одной своей работы не могу отказаться. Сейчас я закончил тетралогию о власти, об исторических личностях: «Молох», «Телец», «Солнце» и «Фауст».  Хотелось бы показать все четыре части вместе. Но мне не дадут такой возможности. У нас нет российского проката, есть отдельные кинотеатры, где еще показывают отечественные фильмы. Нужна политическая воля, чтобы отстаивать свою культуру. Вообще,главная задача государства — укрепление и развитие культуры. Если государство не будет этого делать, его будут раздирать противоречия — религиозные, экономические, социальные, культурные, классовые.

Екатерина Санжиева, «Байкальские вести».

Фото Юлии Пыхаловой, специально для «Байкальских вестей»